ИЗ ЖИЗНИ  40 лет Live Aid: что это было?

40 лет назад в двух точках планеты — стадионе Уэмбли в Лондоне и стадионе Джона Ф. Кеннеди в Филадельфии — прошел музыкальный марафон Live Aid. Беспрецедентный двойной концерт, организованный Бобом Гелдофом для борьбы с голодом в Эфиопии, собрал пожертвования на общую сумму 140 миллионов долларов. Сухая цифирь Live Aid поражает воображение до сих пор, а выступления некоторых артистов на фестивале стали поистине легендарными — так для Queen 20-минутный сет на Уэмбли, с хоровыми “We Will Rock You” и “We Are the Champions”, стал признанной вершиной карьеры. Так почему для многих людей название Live Aid стало нарицательным отнюдь не в хорошем смысле? И что можно сказать о марафоне 40 лет спустя?

Начнем с очевидного: Live Aid — безусловная веха в организации музыкальных фестивалей, сложнейший с точки зрения организации и логистики спектакль, с которым и сегодня мало что может сравниться.

Грандиозный проект, собранных за каких-то полгода, мог пойти прахом в любой момент и по самым разным причинам. Не все артисты из лайнапа были подтверждены до его объявления: так менеджер Queen Джим Бич вообще не знал о Live Aid и очень удивился, узнав, что группа будет на нем выступать). Расписание норовило поплыть: Dire Straits едва успели отыграть в Лондоне и отбыть на свой собственный концерт, проходивший в тот же день — благо ехать пришлось “через дорогу”, со стадиона Уэмбли на соседнюю арену Уэмбли. Саундчеков не было — шли по приборам.

Как если бы этого было мало, Live Aid обвинили в расизме из-за того, что в лондонском лайнапе не нашлось места ни одному черному артисту. Примечательно, что Майкл Джексон и Стиви Уандер, присоединившиеся к записи американского сингла-близнеца “We Are the World”, от участия в американской половине фестиваля отказались.

“Никто не понимал, удастся ли нам это провернуть”, — вспоминает Гелдоф, — “запасного плана у нас не было”. И тем не менее, при всей авральной подготовке и технических накладках Live Aid состоялся, вышел в эфир в 150 странах мира и собрал 160 тысяч зрителей на трибунах и почти 2 миллиарда — у экранов (таким образом, к трансляции подключились в тот момент 4 из 10 жителей Земли). Такие цифры до сих пор не снятся даже финалу чемпионата мира по футболу.

Вместе с тем, на расстоянии в 40 лет многое из истории Live Aid выглядит иначе. Скажем, двойное выступления Фила Коллинза, который сперва отыграл в Лондоне, а затем перелетел через океан, чтобы успеть появиться на сцене и в Филадельфии, сегодня воспринимается как не столько техническое ноу-хау (вашу маму и тут, и там передают), сколько позерское излишество. Это правда стоило того — ради двух дополнительных песен гонять аж целый сверхзвуковой “Конкорд” через Атлантику, пополняя и без того огромный углеродный след, оставленный концертным бизнесом?

Благотворительный гимн “Do They Know It’s Christmas?”, успех которого и подбил Гелдофа собрать мегафестиваль, вызывал вопросы еще тогда, когда он вышел (в декабре 1984-го). Сегодня же он выглядит образцом снисходительного колониального взгляда Запада на страны третьего мира: просвещенные белые люди норовят облагодетельствовать африканцев, тем самым закрепляя за ними имидж вечных нищих. Впрочем, такие уж просвещенные ли? Не ясно, о чем думали Гелдоф и его соавтор Мидж Юр, спрашивая, слышали ли голодающие эфиопы о Рождестве, но сегодня они бы через пару кликов выяснили, что первые миссионеры прибыли в Эфиопию еще в первом веке н.э., а в четвертом страна уже официально приняла христианство. Еще более проблемной была спетая Боно строчка “Что ж, сегодня, слава богу, [голодают] они, а не вы”. Но несмотря на то, что Гелдоф и его команда многократно перезаписывали сингл, избавились от нее лишь в 2014 году.

Сам формат коллективных благотворительных песнопений еще лет 20 назад скатился в самопародию и стал объектом для насмешек — от клипа Pulp “Bad Cover Version” с участием безголосых двойников поп-звезд до сцены из сериала “30 Rock”, где десант знаменитостей вроде Элвиса Костелло, Синди Лопер, Beastie Boys и Норы Джонс предлагает зрителям “поделиться почкой”.

Но, вероятно, худший эффект Live Aid не покроют ни переписывания спорных текстов, ни опровержение расхожего мифа, гласившего, что деньги, вырученные в результате марафона, пошли не столько на еду, сколько на оружие (продукты жители Эфиопии получили, и, если верить очевидцам, были ей просто рады). Рок-звезды и раньше объединялись ради публичных жестов и благих целей — вспомнить хотя бы акцию Rock Against Racism — но успех Live Aid внушил им мессианский комплекс библейских пропорций. Если вы спрашивали себя, почему музыканты вроде Боно и Роджера Уотерса считают себя экспертами в вопросах глобальной политики и амбассадорами гуманитарной миссии “за все хорошее, против всего плохого”, ответ стоит поискать в календаре. 13 июля 1985 года, Live Aid.