Попытки перекладывать Бродского на музыку уже делались - песня "Рождественский романс" была когда-то давно, в конце 80-х, в репертуаре группы Мегаполис. Отрывки из "Речи о пролитом молоке" используются группой Дети Пикассо. Теперь вот бард Олег Митяев замахнулся "на Вильяма нашего, так сказать, Шекспира".
Все три попытки объединяет одно - все они одинаково неудачны. И дело не в величинах талантов композиторов (мелодия "Мегаполиса" была очень недурна), а в мощи поэзии Бродского. Попытка втиснуть ее в любые музыкальные рамки равносильна потугам взрослого носить детскую обувь. Известно, что сам Бродский никому не доверял даже чтение своих стихов, предпочитая делать это самостоятельно. Не говоря уже - петь.
Однако этот диск, строго говоря, не имеет к Митяеву прямого отношения. Он спел все песни, но приглашен он был даже не как вокалист (ну какой он, по большому гамбургскому счету, вокалист?), а как носитель известной фамилии. Потому что все мелодии и аранжировки сочинил менее известный друг Митяева Леонид Марголин. Просто подверстать фамилию "Марголин" к фамилии "Бродский" было, очевидно, недостаточно с рекламной точки зрения.
Да и сочиненные Марголиным мелодии не выходят за пределы узкого традиционного пятиаккордного бардовского "квадрата". Такие песни пели еще лет 40 назад у костра. Чтобы составить представление об аранжировках, представьте любой бардовский диск, того же Митяева, над которым немного поработали приглашенные музыканты. Ничего нового.
Единственная цель, ради которой стоит затевать такие проекты - это популяризация Бродского. Информационным спонсором диска стало радио "Шансон", так что теперь московские таксисты и "бомбилы" проникаются творчеством гениального русского еврея, лауреата Нобелевской премии, умершего в Америке, чей прах покоится там, где он больше всего хотел жить - в Венеции. Но таксисты, наверное, решат, что все песни сочинил Митяев.