Недавнее воссоединение Dead Can Dance, одной из самых таинственных групп в истории мировой поп-музыки, повлекло за собой реюнион-тур. Теперь следует продолжение - новый альбом и еще один тур. Причем, в его орбиту попала и осчастливлена концертом Москва.
Знаменитая группа не выпускала альбомов 16 лет. За это время участники - певица Лиза Джеррард (Lisa gerrard) и мультиинструменталист Брендан Перри (Brendan Perry) сделали немало славных записей. Они были хороши, но к катарсису и тайне творчества DCD только приближались. У Джеррард, например, на счету несколько великолепных саундтреков и работа с пионером электронной музыки - великим Клаусом Шульце (Klaus Schulze). Однако ощущение тайного знания и большого секрета, той таинственной ноты и искры, которые порождались записями Dead Can Dance, не появилось и тут. Так что нынешнее воссоединение Перри и Джеррард вполне оправдано – вопрос был лишь в их желании и готовности работать вместе.

Примирение в трек-листе альбома отражения не нашло – каждый исполняет определенный набор композиций и выражает определенный набор настроений. Дуэт записал диск на грани эмбиента и готики без неожиданностей и случайностей, мягко медитативный и аккуратно-задумчивый. Музыка звучит не торопясь и не дергаясь, от нее словно исходит аромат и ощущение большого тайного знания. Звучание группы за прошедшие годы было разобрано последователями по всему миру и в деталях многократно повторено. Но никто не смог повторить ощущение - одновременно отстраненное и высокопарное, размытое и тонкое.

DCD вновь показали, что этника разных народов имеет единые корни. Группа строит альбом с использованием редких и малоизвестных инструментов – на это раз это китайский янцынь и ирландский боуран. Все вещи неторопливы, мрачны, спокойны. Они не очень отличаются по настроению: мистика у группы по-прежнему получается естественной. Музыканты словно пишут звуком тайный роман. Перри и Джеррард, кажется, легко поймали правильную волну, и потому "Anastasis" создает ощущение особой, сладостной мрачности и формирует неразрывное звуковое пространство.

Вещи точно и четко разграничены, но альбом оставляет единое, хотя и туманное ощущение. Композиции, исполненные Бренданом и Лизой, чередуются, становясь эмоциональными полюсами, причем Перри чувственнее и понятнее, а Лиза - глубже и абстрактнее. Лишь "Return of the She-King" исполняется дуэтом. Песни, которые поет Брендан - "Children Of The Sun", "Amnesia", "Opium", "All in Good Time" - словно колеблются, мерно качаются, их мистику можно ощутить. Это неторопливые наблюдения за фантастическими пейзажами, выполненные со скрипичными проигрышами, простроченные низкочастотными тревожными гулами. Джеррард медитативно и чувственно исполняет "Anabasis", "Agape", "Kiko" легко переходя от кельтского к индуистскому аромату, рисуя голосом блики огня и тянущиеся странные цветы. И если Перри деловито мистичен, то Джеррард создает нечто не привязанное к настроению и сиюминутности.

Объединившись, Лиза и Брендан не впали, конечно, в коммерческую истерику и горячку – их авторитет творцов слишком велик. Название альбома – "возрождение", "воскрешение" – идеально ему подходит. Тем более, что на практике все получилось хорошо.
История группы говорит, что она не должна была записываться после столь долгого расставания – уж очень тонкие материи связывают творчество этих музыкантов. Но хотя музыка DCD никогда не была радостной, сам факт примирения легендарных исполнителей стал самой приятной неожиданностью последних лет.