Среди ветеранов блюза и раннего рок-н-ролла "Фэтс" Домино (Antoine "Fats" Domino, род. 10 мая 1929 года) стоит особняком. И дело тут вовсе не в том, что с такими габаритами, как у него, из любого ряда будешь выпирать во все стороны. Дело в характере исполняемой им музыки.
Бытие определяет сознание. Домино родился и вырос в Новом Орлеане: городе, который до недавних катастрофических событий был мировой столицей джаза и меккой пианистов. Уже в подростковом возрасте прилично игравшему на фортепиано Толстяку не было нужды скитаться по просторам Северо-Американских Соединенных Штатов и попадать на нары за бродяжничество. Да и как прикажете таскать за собой рояль - на веревочке, что ли? Поэтому с конца 40-х и по сей день работы этого музыканта отличает некий здоровый консерватизм. К чему бы ни обращался Толстяк, он делал это на прочном джазовом фундаменте. Основными музыкантами его немаленького бэнда были духовики: трубач Дэйв Бартоломью (Dave Bartholomew), кстати, самый преданный соавтор Толстяка, саксофонисты Хэрби Хардести и Ли Аллен. Тандем Домино - Бартоломью стартовал 10 декабря 1949 года на "Imperial Records", выпустив сингл с песнями "The Fat Man" и "The Junker's Blues", и до конца 50-х оставался самым успешным авторским дуэтом в истории Штатов после Джерри Либера и Майка Столлера, соавторов Элвиса Пресли.
Несмотря на то, что до конца 50-х Толстяк оставался одним из ведущих хит-мейкеров после того же Элвиса, отношение к его работам было неоднозначным. Даже рок-н-роллы вроде "I'm Gonna Be A Wheel Someday" в его исполнении звучали по-джазовому. Новая модная музыка с рюшечками прошлых лет? Сейчас можно сказать, что Домино был первопроходцем джаз-рока. Если учесть, что в те времена рок-составляющая находилась в младенческом состоянии, это особенно интересно и ценно.
Опыт Домино был просто золотой жилой для белых парней, которые жаждали и прославиться перед отвязными сверстниками, и понравиться их чопорным мамочкам. Использовать его продолжают и по сей день. К примеру, Пэт Бун (Pat Boone) некоторое время откровенно подражал Домино, исполняя по-эстрадному приглаженный рок-н-ролл в сопровождении традиционного биг-бэнда. Он даже пытался петь многие песни Толстяка вроде "Ain't That A Shame". По какой-то причине тогда этот подход не сработал, вынудив Буна переключиться на сугубо эстрадный репертуар. Но понимание стиля приходит с возрастом, и в 1997 году музыкант выпустил джаз-роковый альбом "In The Metal Mood", на котором исполнил в манере а-ля Домино дюжину хард-роковых и хэви-металлических хитов вроде "Smoke On The Water" и "Stairway To Heaven".
Учился на работах Толстяка и Пол МакКартни (Paul McCartney). То гармоничное сочетание рок-н-ролльного напора и сугубо эстрадного мелодизма, которого в свое время не удалось достичь Буну, вскоре прославило Beatles. Правда, прямое влияние музыки Толстяка на музыку ливерпульцев обнаружить вряд ли возможно. Знаменитая "When The Saints Go Marching In", к которой некогда приложили руки Домино и Бартоломью, исполнялась битлами, но по какой-то причине не вошла даже на "Anthology". Однако в 1988 году МакКартни расписался в своей ученической преданности опыту великого пианиста, исполнив его "I'm Gonna Be A Wheel Someday" и "Ain't That A Shame" на своем альбоме "Back In USSR".
Концерты Толстяка, один из которых, сыгранный в стенах Ново-Орлеанского Университета, и лег в основу двойного альбома "Sentimental Journey" - настоящее пиршество для поклонников джаза и блюза. Вальяжное фортепианное буги, развеселая перекличка духовых, сентиментальность без сопливости и легкость без легкомыслия - вот те качества, за которые этого артиста любят и уважают по сей день. К тому же на каком еще концерте можно услышать и рок-н-ролльный хит "My Girl Josephine", и классическую джазовую миниатюру "The Sheik Of Araby"?
К сожалению, продолжительность обоих дисков после издания этой программы в формате CD так и осталась "виниловой" - чуть более сорока минут. Что поделать, издателям сейчас просто неоткуда взять бонусы. Домино 78 лет, и он крайне редко появляется теперь перед публикой. Неплохим дополнением к этому альбому могла бы стать запись выступления мэтра на Ново-Орлеанском джазовом фестивале в 2006 году, но проблемы со здоровьем вынудили его отказаться от этой акции буквально в последнюю минуту.
Впрочем, и уже изданных работ великого Толстяка нам с лихвой хватит, чтобы еще очень долго учиться на их материале уму-разуму.